Метод метафизики

Бесплатную консультацию можно получить здесь

[email protected]i-putnik.net

Метафизические методы / системы по Генри Боклю «Для исследования свойств человеческого ума по метафизической системе существует два метода, которые оба одинаково понятны, но оба ведут к совершенно различным результатам. По первому методу исследователь начинает с рассмотрения своих ощущений. По второму он начинает с рассмотрения своих идей. Эти два метода всегда вели и всегда должны вести к диаметрально противоположным между собою выводам, и не трудно попять причины этого разногласия. В метафизике ум составляет и орудие исследования, и материал, над которым употребляется орудие. Но оттого, что орудие, с помощью которого вырабатывается наука, в существе одно и то же с предметом, над которым оно работает, рождается затруднение совершенно особого рода.

 

Это затруднение состоит в невозможности обнять одним взглядом всю совокупность умственных явлений, потому что от этого взгляда, как бы он обширен ни был, по необходимости ускользает то состояние ума, вследствие которого или при котором взгляд бросается. Из этого мы можем видеть, что составляет, по моему мнению, существенное различие между физическим и метафизическим исследованием. В физике бывает несколько способов действия, которые все неизменно ведут к одному и тому же результату. Напротив того, в метафизике если два человека с одинаковыми способностями и одинаковой добросовестностью будут употреблять различные методы в изучении ума, то неизбежно окажется, что они придут к различным выводам. Для лиц, незнакомых с этим предметом, несколько примеров могут разъяснить всё дело.

 

Метафизики, начинающие с изучения идей, усматривают, например, в своём уме идею пространства: откуда, спрашивают они, явилась эта идея? Она не может, говорят они происходить от внешних чувств, потому что чувства сообщают нам только понятия ограниченные и относительно случайные, между тем как идея пространства беспредельна и абсолютно необходима. Она беспредельна, ибо мы не можем представить себе, чтобы пространство имело предел, а необходима, потому что мы не можем представить себе возможность его  несуществования. Так рассуждает идеалист. Но неидеалист – как называют того, который начинает не с идей, а с ощущений, – приходит к совсем другому заключению.

 

Он говорит, что мы не можем составить себе никакого понятия о пространстве, пока не составим себе понятия о предметах, а понятие о предметах может быть только результатом ощущений, производимых этими предметами. Что же касается до необходимости идеи пространства, то она происходит, по его словам, только оттого, что никакой предмет не представляется нам без того, чтобы не занимать известного положения относительно другого предмета. Вследствие этого образуется неразрывная связь между понятием об известном положении и понятием о предмете, и так как мы беспрерывно встречаем эту связь, то мы, наконец, становимся не способны представить себе предмет без какого-либо положения, или, другими словами, вне пространства. Что же касается до понятия о беспредельности пространства, то это, по словам сенсационалистов, есть понятие, которое мы получаем, усматривая беспрерывные приращения к линиям, плоскостям и объемам, т. е. к трём видоизменениям пространства. То же разногласие между обеими школами находим мы и по бесчисленному множеству других положений. […]

 

Вот краткий пример тех противоположных заключений, к которым должны были прийти лучшие метафизики, вследствие того простого обстоятельства, что они избрали противоположные способы исследования. Это замечание особенно важно потому, что, за применением обоих этих методов, все средства метафизики очевидно исчерпаны. Обе партии соглашаются с тем, что законы ума могут быть открыты только посредством изучения индивидуальных умов и что в уме нет ничего такого, что бы не происходило или от мышления, или от ощущения. Следовательно, им остается только выбрать одно из двух: или подчинить результаты ощущений законам мышления, или, наоборот, подчинить результаты мышления законам ощущения.

Все метафизические системы строились по той или другой из этих двух схем, и точно то же будет и впредь, потому что эти две схемы, будучи сложены вместе, заключают в себе всю совокупность метафизических явлений. Оба процесса одинаково благовидны; приверженцы их одинаково убеждены в своей непогрешимости, а между тем по самому свойству спора невозможно между ними никакое соглашение, да и посредника быть не может, потому что никто не может взяться за разрешение метафизического спора, не будучи метафизиком, а невозможно быть метафизиком, не будучи или сенсационалистом, или идеалистом – другими словами, не принадлежа к одной из тех партий, спор которых должен быть разрешён». Генри Бокль, История цивилизаций, Том 1, М., «Мысль», 2000 г., с. 91-93.